Шахтёры «Первомайской» и «Берёзовской» записали обращение к кандидатам в Госдуму от Кузбасса. Зарплату на этих шахтах в последний раз выдали в декабре прошлого года. За девять месяцев долг перед 1700 работниками перевалил за полмиллиарда рублей, директору компании предъявили обвинение, а деньги людям так и не выплатили. За три недели до выборов появилось обращение шахтёров «Северного Кузбасса» к кандидатам в Государственную думу от области. Записали на видео, назвали тех, от кого ещё ждут помощи, и тех, к кому больше не пойдут.
Обращение шахтёров «Северного Кузбасса»
Мы шахтёры «Первомайской» и «Берёзовской». Мы обращаемся к кандидатам в депутаты Государственной думы от Кузбасса, ко всем, кто сейчас идёт на эти выборы и просит у нас голос.
Больше тысячи семисот человек не получили зарплату. Многие ушли, кого-то вынудили уволиться, но долг перед ними остался. Он перевалил за полмиллиарда рублей.
Возбуждено уголовное дело. Деньги за уголь уходили в фирмы собственника, а руководству начисляли премии в сотни миллионов. Это преступление, и в Кузбассе оно повторяется от шахты к шахте.
Ни компании, ни её управлению доверия у нас нет. К губернатору Середюку мы больше не обращаемся. Обещаний было много, а выплат не было.
Уважение к шахтёру начинается с зарплаты, выданной вовремя. Владимир Владимирович говорил, что о горняках нельзя забывать. Но о нас мало помнить, нам надо помогать. И помогать вовремя, пока людей не довели до края.
Мы люди терпеливые. Но в Кузбассе хорошо помнят, чем оборачивалось для региона молчание, когда горнякам месяцами не платили. Своих прав шахтёры всегда добивались.
Кандидаты, докажите делом, что идёте на выборы не зря. Добейтесь, чтобы дело довели до конца, долг погасили за счёт имущества собственника и деньги получили все, включая уволившихся.
Дмитрий Аманович Тулеев, ваш отец повторял, что Кузбасс держится на горняке. Не подведите его память, решите дело шахтёров Берёзовского.
Мы не просим милостыни, мы требуем заработанного. И мы запомним, кто услышал горняков, а кто прошёл мимо.
Девять месяцев
Идея записать обращение была общая, ещё пять человек участвовать не смогли. Мы поговорили с одним из авторов, имя не называем.
Последнюю зарплату он получил в декабре, и к сентябрю долг предприятия перед ним по расчётной сумме дошёл до 400 тысяч рублей, компенсация за задержку сюда не входит. С его участка за это время уволилось около сорока человек, 70% состава, ушли в основном на вахту, кто-то в такси.
Тяжелее всех уволившимся. Давить на компанию изнутри они больше не могут, а долг перед ними никуда не делся, поэтому в обращении деньги требуют и для тех, кто ушёл.
Куда ушли деньги
В мае Следственный комитет возбудил дело о невыплате зарплаты работникам «Северного Кузбасса», в августе обвинение предъявили директору компании Станиславу Лупию. По версии следствия, выручка за отгруженный уголь шла не на зарплаты, а в фирмы, подконтрольные самому Лупию.
Премии руководству за 2023–2025 годы следствие оценивает в 400 миллионов рублей, долг перед работниками к маю превысил 580 миллионов, иск в их интересах подал исполняющий обязанности прокурора области. Трёх лет премий хватило бы, чтобы закрыть две трети долга.
Статья о невыплате зарплаты предусматривает до трёх лет лишения свободы, но приговор сам по себе денег людям не вернёт. Вернуть их можно двумя путями. Либо долг закрывает компания, что зависит от того, работает ли шахта и есть ли отгрузки. Либо деньги взыскивают с имущества собственника, и тогда всё упирается в то, что успели переписать на другие фирмы. Шахтёры в обращении выбирают второй путь, на компанию они уже не рассчитывают.
Ответ по шаблону
В обращении есть абзац про губернатора Илью Середюка, к которому шахтёры больше не идут. Мы спросили, после чего перестали.
«Верить перестали после того, как губернатор лично перестал обращать внимание на проблему. В соцсетях губернатора при поднятии этого вопроса нам отвечает министерство угольной промышленности Кузбасса, кивая на собственника. В итоге мы читаем ответ по шаблону, копировать-вставить, из месяца в месяц».
По делу «Северного Кузбасса» отработали все положенные инстанции: трудовая инспекция, прокуратура, следствие. Дело возбуждено, обвинение предъявлено, иск подан, зарплату за девять месяцев людям так и не выдали. Областное правительство от разговора о деньгах держится в стороне и отсылает к собственнику, у которого для работников денег нет.
Поэтому обращение адресовано не тем, кто во власти, а тем, кто в неё сейчас просится.
Одна фамилия
По имени в тексте назван один человек, Дмитрий Аманович Тулеев, сын бывшего губернатора, который идёт на эти выборы.
«Доверие к кандидату Д. А. Тулееву в память о его отце, который не отстранялся от шахтёрских проблем и всегда их решал».
Просят не депутата и не партию, а фамилию, за которой в области помнят решённые вопросы. Расчёт при этом трезвый. Выборы остаются единственными тремя неделями в пятилетнем цикле, когда кандидату от шахтёра что-то нужно, и разговор на время становится взаимным.
Что помнят в Кузбассе
В обращении есть фраза, которая в Кузбассе работает без пояснений. Здесь помнят, чем оборачивалось для региона молчание, когда горнякам месяцами не платили. Мы попросили объяснить, что за ней стоит.
«Люди доведены до отчаяния. Многие из старшего поколения шахтёров помнят девяностые и помнят, как шахтёры добивались решения своих проблем. Но всё же пытаются решить законным, цивилизованным путём».
Помнят вполне конкретные вещи. В июле 1989 года забастовка началась в Междуреченске и за несколько дней охватила весь Кузбасс, требовали мыла в мойке, спецодежды и самостоятельности предприятий. В марте 1991-го бастовали больше двухсот тысяч горняков страны, и в списке требований стояла уже отставка Горбачёва. В мае 1998-го, когда зарплату не платили месяцами, шахтёры вышли на рельсы и остановили Транссиб. Требования каждый раз начинались с денег и заканчивались разговором о власти.
Разница с сегодняшним днём в том, что тогда стояла вся отрасль разом, а сейчас люди уходят поодиночке, на вахту и в такси. Коллектива, который мог бы остановить работу, на этих шахтах почти не осталось, и обращение к кандидатам заменяет горнякам инструмент, который у них когда-то был.
Что они называют решением
Требование в обращении шахтёров «Северного Кузбасса» разложено на три пункта. Уголовное дело довести до конца, долг погасить за счёт имущества собственника, деньги выдать всем, включая уволившихся. Наш собеседник добавляет к этому компенсацию «за практически годовую задержку выплат» и «справедливое наказание собственнику, который довёл семьи шахтёров до нищеты».
За девять месяцев требование успело вырасти. Сначала просили выдать зарплату, теперь просят рассчитаться с людьми имуществом владельца компании.
Голосование 18–20 сентября. К этому дню зарплаты на «Первомайской» и «Берёзовской» не будет девять месяцев, а премии, начисленные руководству за три года, останутся у руководства. Что будет потом, горняки написали в обращении сами: своих прав шахтёры всегда добивались. Мы спросили, что они станут делать, если выборы пройдут, а денег не будет.
«Будем продолжать бороться и не дадим замолчать тему».
